Вечность

 
Человек ищет возможность продлить дни своего биосубстрата, это отчасти возможно, но об этом иные книги, и это не путь хорошего решения, а путь отсрочек плохого решения.
Дух такая постановка вопроса интересует примерно настолько же, насколько самого человека ноские перчатки – хорошо, но не сильно важно, во-первых, все равно протрутся, во-вторых, можно новые купить.
Что такое вопрос с точки зрения предельных оснований.
Оттолкнемся от современной научной картины больших стратегий. У вселенной два варианта судьбы. Сейчас она расширяется. Если расширение будет вечным, ее ждет всеобщий распад материи – пустота в бесконечно раздувшемся, темном и холодном пространстве. Полное ничто. Это сценарий Холодной смерти. Вторая вариант – она переходит к сжатию. Тогда она рано или поздно превратится в точку, из которой стартовала. В этой точке температура достигнет триллионов градусов, там сгорит все. Это сценарий Плавильного котла.
Сценарий рождается из уравнений Эйнштейна, которые решил физик А.А.Фридман.
Гегель не мог знать открытий физики ХХ века, но подобная картина логически следует из его концепции мироздания. В финале универсума - последнее и самое большое противоречие. Первый сценарий – остановка навсегда. Во втором сценарии есть шанс, что «царство чистых сущностей» снова толкнет мир к развитию.
Дух или сохранит мир и себя или распадется. Сохранение в форме фиксированного предмета невозможно, поэтому осуществляется по типу: Погасло – Зажглось. То, что гаснет, должно успеть зажечь.
Под иным углом зрения то же самое выглядит как путь: Неживое – Живое – Мыслящее. По каким-то причинам, которые современная наука описывает как эволюцию первобытного океанического бульона ( - бульон описывает бульон), Неживое стремится к повышению организации и в какой-то момент порождает из себя Жизнь. Жизнь, начинаясь с примитивных инфузорий, порождает все более сложные формы и, наконец, на определенной ступени создает Сознание.  
Все это достойно чтобы им восхищаться, но дух не сентиментален. Что дальше. Сознание или рухнет обратно в Неживое, что, собственно, и происходит с каждым конкретным его носителем. Или породит из себя более высокую форму. Какую? – сообщить это значило бы превратить все в договорной матч, зачем его тогда играть и смотреть. Эта форма должна решить вопрос, а как она это сделает – с этого момента актер сам пишет сценарий.
Глобальная нерешенность инкарнирует смысл будущему.
Бессмертие духа - только в пульсирующей вселенной. Это сложная вечность, поскольку перед ней смерть и полная разборка до гаек и болтов всего что было. Но через триллионы лет сознание имеет шанс снова зажечься, а еще через несколько дней после этого догадаться или заподозрить каким оно было. Это ничего не гарантирует, но бог выдает свои преференции как бог, а не как страховой агент.
Как же с религиозным описанием бессмертия. В нем имеется в виду то, что написано выше. Там метафорами и иносказаниями переданы те же содержания, которые стоят за космологией. Царствие небесное – царство духа – это и есть то, что продолжает нить развития, даже сгорая, как Феникс, но возрождаясь из пепла.
Гегель не знал физических подробностей сценария. Собственно говоря, их и сейчас не знают и вряд ли когда-то точно будут знать, после Эйнштейна и Фридмана наука в этой сфере пошла не вперед, а в художественное творчество. Ее упражнения с 11-мерным пространством и 1852-й элементарной частицей не столько добавляют к сути дела, сколько отнимают аудиторию у Малевича с его черным квадратом. Но Гегель лучше современной физики чувствовал как все устроено с точки зрения больших основ. В его картине мира абсолют существует, но в этом абсолюте ничего не существует, однако если абсолют есть, то все еще будет.
Когда жена спросила Гегеля есть ли бессмертие, он молча показал ей на Библию.