Драйверы

 

В царстве социальности дух вступает на новую ступень. Он погружается в калейдоскоп ценностей, целей, смыслов и еще мириад феноменов бытия. Но среди них есть такие, которые играют особую роль, предопределяя его поступки и играя примерно ту же роль, что в доме окна, двери, стол, стул - без них никуда, хотя количество прочих предметов может быть огромно.
Сказано "предопределяя" - но точнее будет "влияя". Дух ничто не предопределяет, для него есть только факторы к учету.
Поэтому среди драйверов духа был бы вариант первым номером поставить его самого, он сам свой движитель. Но присваивать ему номер - это ставить что-то рядом с ним, а это неверно. Дух во всем, но отделен от всего. Он глобален, но в чистом виде не существует и ни во что не вмешивается, существуя лишь на уровне предельных оснований.
Эти предельные основания как тектонические плиты держат на себе все, но ничему при этом конкретно не мешают и не помогают. Лишь в эпохальных больших масштабах они вмешиваются в ход вещей, да и то косвенно, так что до конца так и нельзя сказать дух это был или очередной его посыльный. На внешнюю арену в истории главное выходит крайне редко.
В человеке дух, как и в природе, - на уровне предельных оснований. Он решает все, но повседневность не дает ему сцены. Он клубится где-то очень глубоко и чаще всего в виде такого же тумана и остается, лишь изредка прорываясь в бытие или не делая этого вообще. Дух - это вся наука логики, спресованная до локуса человеческого мышления, в нем есть полагание и отрицание, синтез и различение, трагика и комизм, счастье и боль, противоречие и примирение. Но как таковой этот локус - вечное броуновское движение неопределенностей. Лишь воля человека может сделать этот туман поступком. Она и делает, но чаще всего частным и несовершенным; однако это, все же, не единственный вариант.
В условиях социума дух пульсирует в человеке, но чаще всего потом устает делать это самостоятельно и плывет по течению общего хода вещей. Превращаясь в сам этот ходе вещей и теряя монаршее происхождение. Философы любят говорить: дух сильнее обстоятельств. Но это теоретически. Чтобы ему таким быть, ему нужен сценарий поступка, причем конкретный, на уровне окружающих его палок и камней, а не на уровне общих принципов. А такого сценария нет. Вот собственно и все. От великого до смешного или трагичного один шаг. В реальности - это шаг наоборот, от смешного и трагичного до великого, но шаг который не сделан. И все же, пока дух хочет иного, человек жив.
Любой разговор о духе, затянувшийся слишком, скорее уводит от этого понятия, чем раскрывает его. Но для духа существуют его экзистенциалы, реперные точки, на которые он периодически смотрит сверяя координаты. Или с иного угла зрения, когда он спит или на звездах, они управляют человеком за него. Это лорды при суверене.